Без категорії

Ситуация в северных регионах Афганистана: анализ рисков и угроз для Центральной Азии

Вашему вниманию предлагается статья таджикских политологов Махмуда Гиёсова и Шерали Ризоёна о перспективах развития военно-политической обстановки в Афганистане в контексте террористических и военных угроз центральноазиатским странам.

Махмуд Гиёсов

Интерес стран Центральной Азии в отношении Афганистана в целом можно сформулировать по двум аспектам: обеспечение безопасности (анализ потенциальных и реальных рисков и угроз исходящие из этой страны); и фактор месторасположения этой страны для диверсификации экономических связей, транспортных коридоров, и как потенциальный рынок для производимой продукции (данный аспект следует рассмотреть в отдельной работе).

Шерали Ризоён

В нынешних условиях особый интерес представляет первый аспект, поскольку отсутствие стабильности и безопасности приостанавливает воплощения в жизнь стратегически-важных экономических и коммуникационных проектов. В этой связи, для Таджикистана, Узбекистана и Туркменистана современное военно-политическое состояние в северных провинциях Афганистана, трансформация этого положения, реальные и потенциальные риски и угрозы исходящие для них, и возможные сценарии развития ситуации в условиях межафганского мирного процесса имеют важное значение и затрагивают их постоянные интересы.

Начиная анализ ситуации, необходимо привести основную гипотезу, которую в совокупности можно сформировать следующим образом: нестабильность в северных провинциях Афганистана при условии не установления устойчивого мира в этой стране сохранит статус-кво, и ни одна из сторон не сможет достичь полной победы. В этом ключе, не стоит недооценивать фактор боевиков и экстремистских групп центральноазиатского происхождения, и как сказал Президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмон «нужно быть готовым ко всем вариантам развития ситуации».

Военно-политическое положение северных регионов Афганистана после 2010 года

Север Афганистана играл важную роль во всем периоде политических трансформаций: с момента обретения независимости этой страны до сегодняшних процессов. В условиях нынешнего политического кризиса, который уже продолжается более 40 лет, северные провинции существенно влияли на общую обстановку Афганистана. В этой связи, именно северные провинции: Панджшер, Бадахшан и часть Тахора после появления «Движения Талибан» сыграли сдерживающую роль и не дали им и их внешним поддерживающим силам возможность полностью захватить территорию Афганистана. После известных сентябрьских событий 2001 года в США и с началом ввода войск НАТО в октябре того года в Афганистан, «Северный Альянс» сыграл ключевую роль в поражении Талибана а также других иностранных боевиков, в особенности Аль-Каиды. Следует подчеркнуть, что с укреплением позиции НАТО и образования нынешнего правительства в Кабуле в начале 2000-х гг. северные регионы порядка 10 лет имели стабильность и устойчивую безопасность.

После объявлении о выводе войск НАТО в 2010 году, посредством влияния различных внутренних и внешних факторов, север Афганистана начал становится зоной деятельности Талибов а также иностранных боевиков, и постепенно превратился в нестабильный регион с реальными вызовами в сфере безопасности. С этого момента и по сей день наблюдается активизация деятельности Талибан и боевиков центральноазиатского происхождения в этом регионе. В целом, за эти годы неоднократно происходили и сегодня происходят боевые действия между правительственными силами и вооруженными боевиками, как в небольших селениях, так и в труднодоступных местах. Особая геополитическая значимость северного Афганистана еще заключается в том, что здесь переплетены постоянные и жизненно-важные интересы России, Китая, Пакистана, Индии, которые в отдельности имеют существенное влияние на протекающие политические процессы в Афганистане.

Нынешнее положение северных провинций Афганистана, в особенности приграничных, с государствами Центральной Азии имеет «стабильную нестабильность» и вызывает серьёзную озабоченность соседей. Отдельные районы таких областей как Бадахшан, Тахор, Кундуз, Джузджон, Форёб и др. переходят от правительственных сил к Талибану, другим иностранным боевикам и наоборот. Если говорить о приблизительной точности и оценить ситуацию в северных регионах с позиции нахождения противоборствующих сторон, то 40% территории находится под контролем правительственных сил, 20% под контролем Талибов и в оставшихся 40% территории ведутся бои между сторонами. Разработанная карта в конце мая текущего года со стороны Радио Свобода наглядно иллюстрирует положение противоборствующих сил в Афганистане.

Согласно информации СМИ и экспертов Афганистана, на севере правительственные силы в основном контролируют областные центры и ряд городов и районов. Силы Талибан в большей степени находятся в отдаленных районах и труднодоступных селах и деревнях, а также контролируют часть дорог и магистралей. Ситуация такова, что часть магистралей днем контролируют правительственные силы, а ночью они переходят под контроль боевиков Талибана. Сложность ситуации еще заключается в том, что на этих территориях Талибан и другие радикальные группы имеют неоднородный характер и серьёзно подвержены внешнему влиянию.

Появление радикальных военизированных группировок на северных регионах

Кризисное и нестабильное положение в северном Афганистане постепенно сформировалось в 2009-2010 гг. Усугубление ситуации здесь произошло после операции армии Пакистана в приграничных регионах с Афганистаном, что приводит к различным и порой интересным выводам о реальных целях и задачах этих военных действий. Данная военная операция армии Пакистана под названием «Зарб-э-Азб» (Āpres̱ẖan Ẓarb-i ʿAẓb) началась 15 июня 2014 года с участием 30 тысячной армии для ликвидации, ослабления и погрома пакистанских и иностранных боевиков, в том числе «Tehrik-i-Taliban Pakistan (TTP)», Аль-Каиды, «Исламское движение Узбекистана» (ИДУ) и др.

После удачного завершения данной военной операции, пакистанские боевики перебрались в приграничные районы этой страны с Афганистаном, иностранные боевики в зону контроля афганских Талибан, и часть из них укрылись в северных провинциях Афганистана. В национальных СМИ Афганистана опубликованы материалы о том, что иностранные боевики и силы Талибан с помощью неопознанных вертолетов были переброшены из Вазиристана и приграничных районов с Пакистаном в северные провинции. Тогда такое суждение также прозвучало со стороны политического руководство официального Кабула. Об этой ситуации писали и распространяли материалы СМИ России и других государств, которые были и сегодня являются конкурентами стран-участниц НАТО.

Реальность нахождение боевиков как Талибана, так и других иностранных групп, в особенности центральноазиатского происхождения под покровительством различных движений и группировок, таких как ИДУ, Ансоруллох, Исламское движение Восточного Туркистана и др. в северных провинциях Афганистана на данный момент бесспорно принята всеми: как афганскими, так и зарубежными экспертами. Официальный Кабул и другие вовлеченные государства признают наличие и серьезное влияние боевиков Талибан и их иностранных партнеров на северные регионы этой страны. Но вопрос, как и каким образом данные боевики за последние 10 лет сумели нарастить свое влияние в этих территориях требует развернутого и беспристрастного анализа.

В целом, реальное положение дел в Афганистане и политика вовлеченных государств поспособствовала и выступает фактором усиления влияния Талибана и их партнеров в целом, и в северных провинциях в частности. За прошедшие 20 лет мы стали свидетелями формирования неустойчивого и слабого правительства в Афганистане, которое не достигло своей основной целы: создание демократического централизованного правительства. С другой стороны, вовлеченные державы на проблему Афганистана не смогли или не захотели посодействовать формированию сильного правительства. В том числе, США и их партнеры по НАТО не смогли предотвратить и уменьшить влияние региональных держав, в основном Пакистана и в меньшей степени Ирана на внутренние процессы Афганистана. Этот фактор в совокупности привел к росту «тайной войны» со стороны стратегических оппонентов США против них в Афганистане.

Трансформация военно-политического положения северных регионов

Анализ ситуации показывает, что фактор военного и информационного успеха ИГИЛ в Сирии и Ираке, который активно транслировался мировыми и региональными СМИ,  привел к тому, что в определенном периоде «проблема Афганистана» в мировой повестке приобрела «второстепенный характер». Данной ситуацией воспользовались Талибан и их иностранные партнеры для наращивания своей власти и влияния на ряд регионов Афганистана.

 Вне зависимости от того, что часть иностранных боевиков Аль-Каиды и других группировок, в том числе Талибан после начала активных военных действий в Ираке и Сирии перебрались туда, значительное их количество осталось в Афганистане и приграничных регионах Пакистана.

Талибан и иностранные боевики, воспользовавшись обострением ситуации на Ближнем Востоке, приобрели ряд преимуществ: из-за недостаточного внимания внешних партнеров, в особенности США, к положению Афганистана, постепенно начали расширять свою власть и влияние. Наряду с этим, другим способствующим фактором расширения влияния Талибана можно назвать конфликты и недопонимание между Кабулом и региональной элитой на севере Афганистана. Поскольку они из-за того, что были лишены своих постов, либо им угрожало тюремное заключение – временно начали сотрудничать с Талибаном. Этот фактор также сыграл способствующую роль для наращивания влияния Талибана на севере, которое до сих пор продолжается.

Положение боевиков центральноазиатского происхождения в северных регионах

С позиции интереса обеспечения безопасности Таджикистана, Узбекистана и Туркменистана, как непосредственных соседей Афганистана – особую актуальность имеет анализ возможных действий и оценка потенциального влияния иностранных боевиков, в особенности центральноазиатского происхождения, в отношении собственных государств, и в том числе их деяний на северных регионах этой страны.

Активизация радикальных групп центральноазиатского и кавказского происхождения в северных регионах Афганистана наблюдается с 2009 года. Иностранные боевики, в частности ИДУ, Ансоруллох, Исламское Движение Восточного Туркистана в этих регионах укрепили свое положение при непосредственной поддержке Талибана и сегодня также продолжают получать «пользу» от их «гостеприимства». Согласно мирному соглашению между США и Талибаном, последние обязались прекратить сотрудничество с иностранными боевиками: в особенности с Аль-Каидой. Но анализ ситуации и публикации СМИ показывают, что Талибан не только не сократила к минимуму сотрудничество с Аль-Каидой, а наоборот увеличила поддержку и взаимодействия со всеми импонирующим им группировкам.

Все существующие иностранные боевики в северном Афганистане имеют тесную связь с Аль-Каидой и в целом их можно назвать ветвями этой террористической организации. Эти силы из-за наличия достаточной необходимой подготовки в боевых действиях между правительственными силами и Талибаном на стороне последних играют важную роль. Только в афганском Бадахшане их количество насчитывается 600 чел. и в основном они находятся в районах Джурм, Юмгон, Вардудж и Рогистон; центром их дислокации является ущелье Хустак района Джурм. В целом, в северных провинциях Афганистана в Тахоре, Кундузе, Джузджоне, Форёбе находятся иностранные боевики, в том числе центральноазиатского происхождения. К таким группам можно отнести ИДУ, Ансоруллох, Ветвь ИГИЛа Хорасан, и другие аффилированные с Талибаном группировки. Данные группы (за исключением ИГИЛ), имея достаточный опыт военной подготовки и рекрутирования смертников, обучают этому местных сторонников Талибана, а также в интересах этого движение занимаются привлечением жителей северных регионов Афганистана, т.е. узбеков, туркменов и таджиков в эту структуру. Иностранные боевики в недавнем прошлом сыграли и сегодня играют важную роль в расширении военно-политического присутствия Талибан в северных провинциях. Поэтому они уже в течении больше 10 лет находятся под военным и финансовым патронажем Талибан. В этом контексте, единственным исключением можно назвать сторонников ИГИЛа, против которых официальные лица Талибана несколько раз выступали с заявлениями об их изгнании с территории Афганистана. Этот фактор может иметь потенциальные и явные угрозы для северных соседей Афганистана, в том числе Китая.

Существенными факторами столь активного присутствие иностранных боевиков, в том числе центральноазиатского происхождения, в северных провинциях Афганистана являются:

  • Появление или процесс переброски иностранных боевиков на северные провинции согласно материалам СМИ и заявлению официальных лиц Кабула можно рассматривать неоднозначно. Так как существует мнение, что данная обстановка сложилась благодаря молчаливому согласию официального Кабула. Причиной появления такого взгляда является тот факт, что за весь период внутреннего конфликта Афганистана (нахождение войск СССР, усиление власти Талибан в 90-х годах ХХ века, и формирования нынешней официальной власти в нулевых годах) эти регионы были относительно спокойными, и здесь не наблюдались ожесточенные бои и столкновения между противоборствующими силами. Таким образом, нельзя исключать геополитический фактор, и использование радикальных группировок со стороны глобальных и региональных держав как инструмент влияния на стратегические интересы друг друга. Предположительно, нахождение иностранных боевиков, в том числе центральноазиатского происхождения, используется для стратегического давления на Китай, страны Центральной Азии, и в том числе на Россию. Изменение или расширение географии террористической активности в Афганистане, усиливает груз, как на официальный Кабул, так и на северных соседей. Другим существенным фактором можно назвать противоборство между Талибаном и сторонниками ИГИЛа: если будет проведена боевая операция для их ликвидации, то одним из путей их отхода можно рассматривать северные страны. Хотя, согласно карте Радио Свободы значительная часть игиловцев находятся в северо-восточной части, в близи границ Пакистана.
  • Значительную часть Афганистана занимают горы, согласно данным открытых источников, они составляют почти 80% территории. Сегодня боевики центральноазиатского происхождения укрываются в горных районах и селениях, что естественным образом обеспечивает их физическую безопасность. Опыт боевых действий на территории Афганистана за последние 40 лет показывает, что наиболее трудным являются горная местность. Хотя этот фактор можно опровергнуть примером границы с Узбекистаном и Туркменистаном, так они проходят по пустынной местности, но как вариант можно рассматривать.
  • Существенным фактором на наш взгляд является тот факт, что многие иностранные боевики в указанных местах проживают вместе со своими семьями и этот фактор выступает важной причиной столь их ожесточенного противостояния. Поскольку они не могут куда-либо уйти и не имеют пути отхода, и вынуждены для собственной физической безопасности и своих семей вести такие действия, и расширяют свою власть и влияние в этих районах. Данную причину можно рассматривать одной из основных мотивов их нахождения в данных провинциях.

Угрозы исходящие от боевиков центральноазиатского происхождения странам Центральной Азии

Анализ и оценка ситуации показывает, что основная угроза странам региона исходит от их граждан, которые воюют в рядах радикальных организаций в зонах террористической активности. О призывах и действиях граждан стран ЦА в 2014-2016 гг. из Сирии и Ирака в отношении своих государств как о реальной угрозе в научно-аналитическом поле написаны ряд работ. Эксперты и аналитики пишут о том, что страны Центральной Азии за последние годы столкнулись с совершенно новой угрозой, т.е. исходящие от своих граждан. Очевидно, что взор радикальных групп центральноазиатского происхождения в первую очередь направлен собственным странам: как от рекрутирования новых членов, до заявлений различного характера. По мнению профессора Косимшо Искандарова «большинство иностранных боевиков – это выходцы из центрально-азиатских стран и Кавказа, и они не скрывают своих намерений вернуться домой». В этом ключе, существует необходимость к реальной оценке ситуации и картирования зон, откуда исходят потенциальные террористические угрозы.

Что касается Таджикистана, то в июле ряд СМИ писали о том, что в районе Нусай провинции Бадахшан идет усиление позиции боевиков движения Талибан, что вызывает озабоченность властей Таджикистана. В этом контексте, власти Афганистана сообщали о том, что в Бадахшане происходит усиление присутствие ИГИЛ и Аль-Каиды, что стало причиной поездки посла Афганистана в Таджикистане Мохаммад Захир Агбара (генерал-лейтенант, кадровый офицер, имеет большой опыт работы в специальных и правоохранительных органах Афганистана). По сообщению посольства Афганистана в Душанбе «целью этой поездки является ознакомление с ситуацией в приграничных районах, укрепление общих границ двух стран, развитие экономического сотрудничества, принятие мер безопасности». Примечательно, что 21 июня 2020 года в Душанбе прошло заседание Совета безопасности Таджикистана, где основным вопросом обсуждение была обострения ситуации на границе Таджикистана с Афганистаном в южной части Горно-Бадахшанской автономной области. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон наряду с другими мерами дал поручения по предотвращению терроризма, экстремизма и незаконного оборота наркотиков. Особое внимание было уделено укреплению обороноспособности государства, усилению защиты госграницы, повышению уровня боеготовности войсковых частей и т.д.

Что является причиной проведения этого заседания и существуют ли связь с поездкой посла Афганистана в ГБАО? Безусловно, существует. Поскольку Таджикистан, имея самую протяжённую границу с Афганистаном, уже в течении трех десятилетий последовательно выступает по урегулированию ситуации в этой стране. Охрана границ на южных рубежах Таджикистана требует постоянного внимания и между специальными службами обеих государств налажено тесное сотрудничества, что является показателем совместных мер по снижению угроз и вызовов.

Какие реальные угрозы исходят для безопасности Таджикистана, и других государств Центральной Азии из Афганистана:

Во-первых, Таджикистан в течении последних трех десятилетий последовательно выступал против Талибана и не признавал легитимность их власти в Афганистане, сотрудничал и сотрудничает с официальным Кабулом, что резко отличает политику официального Душанбе от центральноазиатских соседей этой страны. Потенциальная угроза для Таджикистана исходит от Талибан, хотя последние никогда не декларировали намерений нападений на северные государства и согласно пунктам соглашения с США не должны использовать территорию Афганистана для ведения военных действий против других стран. Сегодня, когда происходит процесс трансформации Талибана, и он начинает выступать как «властообразующий фактор», то для Таджикистана появляются ряд рисков. Что касается других северных соседей Афганистана, аналитик Саъди Юсуфи характеризует политику Туркменистана как «нейтральную и положительную в отношении Талибана», и политику Узбекистана как «основанную на прагматизме». Вне зависимости от этого сегодня ситуация в южных границах Туркменистана также вызывает озабоченность, и из-за закрытости этого государства очень недостаточно информации о реальной ситуации.

Во-вторых, в Таджикистане прекрасно оценивают потенциальные угрозы исходящие от граждан, которые были рекрутированы в ряды экстремистских организаций. Официальный Душанбе сегодня является единственным игроком в регионе ЦА, который предпринял и добился успеха в возвращении своих граждан, которые обучались в неофициальных религиозных учебных заведениях зарубежных стран, основное число которых приходилось на Пакистан, Иран, Египет и Саудовскую Аравию. Данная политика была инициирована в 2009 году по инициативе правительства Таджикистана. Это мера доказала свою эффективность перед лицом вызовов и угроз, исходящих от ИГИЛ и других экстремистских организаций религиозного толка после 2013 года. Существенным моментом выступает тот фактор, что студенты религиозных учреждений, в силу всеохватывающей пропаганды нетрадиционных для региона религиозных течений, были больше были подвержены вербовкам. В целом, как выше указано, для Таджикистана и других стран Центральной Азии первоочередной вызов исходит от собственных граждан, поскольку они не скрывают что имеют желание вернуться к себе на родину.

В-третьих, формирование зоны нестабильности, которая складывается в северных провинциях Афганистана как разновидность угроз имеет две специфики: 1) откладывает серьезный негативный отпечаток на характер и содержание экономических, транспортных и коммуникационных проектов. Из-за «стабильной нестабильности» тормозится реализация ряда проектов по соединению рынков Центральной Азии с другими соседями Афганистана. В целом, нестабильный юг для стран Центральной Азии задерживает экономическую кооперацию, расширение которой в целом и выгодно самому Афганистану, так как можно из этого получить дополнительный доход для государственного бюджета; 2) столкновение интересов ключевых глобальных и региональных государств имеет серьезную угрозу для стран региона, как существует потенциальная возможность использование боевиков центральноазиатского происхождения для нанесения ущерба интересам государств, которые имеют постоянные интересы в ЦА.

Основные выводы:

  • Сегодня бесспорно, что ситуация в Афганистане и на севере этой страны, в частности, находится кризисном положении. Мирный процесс в Афганистане, который начинается под воздействием внутренних и внешних факторов и давления с их стороны, в краткосрочной перспективе не сможет привести нужным и необходимым результатам. Существенную роль в этом ключе имеет внешний фактор, под воздействием которого трудно будет достичь реального успеха в достижении мира. Не следует также исключить внутренний фактор, т.е. конфигурацию предпочтений политической и интеллектуальной элиты страны, часто встречающиеся в начале постконфликтного периода, когда трудно отодвинуть на второй план собственные интересы и отдать приоритет национальным интересам.
  • Присутствие иностранных боевиков, в том числе выходцев из Центральной Азии, в северных провинциях Афганистана является неопровержимым фактом, и к сожалению они сегодня сохранят свое положение как «боевые мускулы» Талибана на этих регионах. Можно смело предположить, что если в долгосрочной перспективе в Афганистане удастся достичь мира между официальным Кабулом и Движением Талибан, то недовольная часть этой группировки отколется от них, и вместе с иностранными боевиками в зонах своего пребывания будут сохранять кризисную ситуацию. Единственным решением и выходом из положения для недопущения подобной ситуации является полная ликвидация иностранных боевиков с формированием единства подходов между вовлеченными в кризис Афганистана странами, т.е. США, России, КНР, Индии, Пакистана, Ирана, Турции, Великобритании, арабских государств Персидского залива и др., а также реальных действий политической элиты и их оппозиции в этом направлении. К сожалению, суровая реальность такова, что формирование единого подхода и общности мнений по решению данной проблемы кажется миражом.