Поиск по сайту:
Публикации экспертов
Михайло Самусь | 06 апреля 2012 17:44

Барак Обама проговорился

Президент США сделал Кремль соучастником своей избирательной кампании

ПРЕЗИДЕНТ США Барак Обама вел себя на саммите по ядерной безопасности в Сеуле как на встрече с избирателями в одном из штатов. Выборы приближаются, и действующему главе государства необходимо демонстрировать новые успехи на внешней арене. Причем скрыть наигранность происходящего становится все труднее.

Во время переговоров с российским президентом Дмитрием Медведевым Обама оконфузился из-за несвоевременно включенного микрофона. Перед совместной пресс-конференцией два лидера сидели рядом в ожидании начала мероприятия. Именно в этот момент прозвучало неожиданное для аудитории откровение. «Это мои последние выборы, — прошептал Обама, обращаясь к Медведеву. — И после переизбрания я буду более гибок». Медведев ответил недвусмысленно: «Я понимаю, я сообщу Владимиру».

Реакция оппонентов Обамы была прогнозируемой: обвинения в сдаче государственных интересов не заставили себя ждать. Тем более что мало кто сомневается: речь шла о европейской ПРО. Невыключенный микрофон может дорого обойтись Белому дому, считают американские аналитики. Этот эпизод подарил республиканцам сильный аргумент для возобновления жесткой критики поведения Обамы в сфере внешней политики. Противники всегда называли президента застенчивым и уступчивым, например в иранском вопросе. Теперь, вероятно, будут говорить и о «двойной игре» с Россией. Откровение президента, скорее всего, аукнется ему в ближайшие дни в ходе избирательной кампании. Тем более что подтверждая «микрофонную договоренность» об отсрочке обсуждения противоракетной проблемы, Медведев рассказал, что договорился с американским коллегой о проведении в следующие полгода консультаций на уровне технических специалистов. Так что представителям нынешней администрации США будет в дальнейшем очень сложно отпускать критические пассажи по поводу договоренностей и «рокировочек» в России. Ведь сам Обама не прочь договориться с «русскими комбинаторами». И эту неловкость перед избирателями не сглаживают даже внешне неудобные для российского руководства пустяки вроде кулуарной встречи с Виктором Януковичем или приглашения его на чикагский саммит НАТО.

На этом фоне едва не потерялись заявления и инициативы Обамы, касающиеся собственно ядерной безопасности. Попытка сделать сенсацию на заявлении о том, что Америка обладает слишком большими запасами ядерного оружия и готова к их дальнейшему сокращению, имела лишь ограниченный успех. С точки зрения межгосударственных отношений это холостой выстрел. Ведь раньше чем США и Россия выполнят обязательства в рамках подписанного два года назад в Праге договора СНВ–2, никто форсировать процесс не будет.

А это значит, что до 2017 года, когда Россия и США должны достигнуть паритета в 700 носителей и 1550 боеголовок, смысла говорить о дальнейшем сокращении ядерного арсенала в принципе нет.

Антикварный арсенал

Последний ядерный боезаряд американцы изготовили в 1991 году. Стратегические ядерные силы (СЯС) США располагают лишь одним типом межконтинентальных баллистических ракет (МБР) наземного базирования. Это «Минитмен–3», разработанный еще во времена вьетнамской войны и устаревший как морально, так и физически. К слову, маневрировать и уклоняться от противоракет он попросту не умеет, а решение о модернизации «Минитменов» в текущем году было отменено, так что 450 этих ракет скорее всего ждет утилизация — и хорошо бы под благовидным предлогом. Не лучше обстоят дела и в стратегической авиации: единственными носителями крылатых ракет большой дальности являются В–52, средний возраст которых около полувека. Их уже не раз приговаривали к списанию, но старички имеют неплохие шансы остаться в строю до 2040 года, правда, в количестве пары десятков — не более. «Невидимки» В–2 чрезвычайно дороги и притом заметны для современных радаров, сверхзвуковые В–1b имеют крайне ограниченную номенклатуру вооружения, причем ни тот, ни другой тип не могут действовать вне зоны действия вражеской ПВО. Что же до морской компоненты СЯС, ее основа — подлодки класса «Огайо» — были сконструированы и начали строиться также еще во время вьетнамской войны. А главное — уже к 2008 году более половины специалистов-ядерщиков в национальных ядерных лабораториях США были старше 50 лет. И вполне возможно, что конструировать новое атомное оружие скоро будет просто некому. Так что американские ядерные силы имеют, в сущности, те же проблемы, что и российские коллеги. Однако разрабатывая новые образцы ядерных вооружений, Россия, по сути, выдает нужду за добродетель, компенсируя таким образом дефицит наукоемких технологий и высокоточных видов обычных вооружений.

И в таком случае заявление это — не более чем попытка вновь сыграть на теме безъядерного мира, успешно сработавшей на предыдущих выборах. Впрочем, если Обама после переизбрания проявит обещанную гибкость и пойдет на уступки России в вопросе ПРО, он вполне может рассчитывать на понимание со стороны российского коллеги. Ведь в этом нуждаются обе стороны — причем по причинам, весьма далеким от политических.

Ядерные силы России и США все больше превращаются в удобный предмет торга, «трудных переговоров и успешных договоренностей». Ведь очевидно, что для взаимного сдерживания достаточно и куда более скромного количества ядерных средств. Реальную опасность для стратегической стабильности сейчас представляет возможность ядерной гонки на Ближнем Востоке, неконтролируемое распространение ядерных технологий, ядерный терроризм. Что касается противостояния США — Россия, то этот сюжет сейчас хорош лишь для игры на чувствах определенной части электората — причем как американского, так и российского. Нефтяная дипломатия и технологии цветных революций куда более эффективны, этически и политически приемлемы, нежели ядерный щит. И при этом обходятся значительно дешевле.

Так что политтехнологи лишь красиво обыгрывают естественные процессы, которые происходят в ядерных силах США и РФ. Темпы старения и переоснащения российских стратегических ядерных сил явно говорят о том, что до 2020 года российскому руководству будет крайне сложно удержать ядерный арсенал даже на уровне 1000 боеголовок. И если представить, что у Москвы хватит нефтедолларов все-таки настроить полторы тысячи зарядов, вряд ли кто-то сможет объяснить, в чем будет их ценность и предназначение.

Такой же, в принципе, бессмысленной обузой для бюджета являются и ядерные силы США. В Вашингтоне это давно поняли и фактически заморозили работы на этом направлении. Неоспоримое превосходство над всем миром в количестве и качестве высокоточного оружия позволяет США решать военные задачи с высокой эффективностью и минимальными потерями, не привлекая СЯС. Сами ядерные силы очень дороги в эксплуатации, а их реальное применение в конфликтах становится все менее вероятным. В то же время это означает, что развертывание новой системы ПРО становится принципиально важным для безопасности Америки. С другой стороны, добиваясь повсеместного сокращения ядерного оружия, США одновременно будут усиливать свое превосходство по высокоточному оружию, и не в последнюю очередь по крылатым ракетам морского базирования.

Обама, безусловно, добавил интриги в рутинную подготовку к чикагскому саммиту НАТО и встрече G8. Конечно, трудно ожидать резких изменений позиций основных игроков. Но корректировку тактики они произведут точно: призывы к более безопасному миру всегда хорошо продаются. Особенно это касается самого американского президента. Ведь предвыборная гонка только набирает обороты.


Источник: «Комментарии»