Комментарии
19 декабря 2016 19:57

Дану МАРИН: «В МОЛДОВЕ ОТ УКРАИНЫ ЖДУТ ПРАКТИЧЕСКОЙ ПОДДЕРЖКИ»

Некоторые заявления новоизбранного президента Молдовы Игоря Додона вызвали бурную реакцию в Украине.  Впрочем, не стоит переоценивать их значение – в ближайшее время они не будут определять внешнеполитическую стратегию Кишинёва. Не стоит забывать, что Молдова остается парламентской республикой. При этом правящее большинство и ряд ключевых государственных институтов консолидированы в руках Демократической Партии (PDM) как минимум до 2018 года, когда должны состояться очередные парламентские выборы. В этом контексте возможности президента «договариваться» по вопросу Приднестровского конфликта, не располагая поддержкой Парламента, остаются весьма ограниченными.

С другой стороны, несмотря на победу пророссийского кандидата, политический истеблишмент непризнанной республики далек от восторга по поводу деклараций И.Додона о желании воссоединить оба берега Днестра.  Тирасполь уже два десятилетия крутит «пластинку» независимости. Так что, уверенная победа Вадима Красносельского уже в первом туре на президентских выборах в Приднестровье (11 декабря) вряд ли обеспечит полное взаимопонимание с новым президентом Молдовы.

Кроме этого, давление международного сообщества на Молдову относительно переговорного процесса, которое усилилось после того как Германия приняла председательство в ОБСЕ 1 января 2016 года, значительно сбавило обороты в последнее время. Это свидетельствует о некой переоценке интересов и позиции геополитических тяжеловесов, участвующих в диалоге. 

Так что, даже если конфликты в Приднестровье и Донбассе имеют похожую симптоматику, это отнюдь не означает, что существует универсальный рецепт лечения.

Роль Украины в урегулировании приднестровского вопроса

Ухудшение украино-российских отношений существенно укрепило позицию Молдовы в переговорном процессе. Во-первых, Кишинёв получил нового союзника в формате переговоров 5+2. Во-вторых, Приднестровский конфликт стал серьезной угрозой для безопасности Украины, что создает надежную основу для сближения двух стран и развитие более тесного сотрудничества.

В новой Стратегии Обороны Молдовы, которая еще разрабатывается, Украина указана как потенциальный стратегический партнер в сфере безопасности. Также, благодаря сотрудничеству с Украиной у Молдовы появится новый канал влияния на Приднестровье, что вскоре отразится и на переговорном процессе.

У Киева, в свою очередь, сегодня есть возможность влиять на ход урегулирования конфликта посредством участия в формате 5+2 в качестве медиатора – Украина не только получает прямой доступ к информации о переговорном процессе, но также может вносить свои предложения. Причем в фокусе должны быть не только технические вопросы, но и комплексные планы по урегулированию. Подобный опыт уже имеется – вспомнить хотя бы «План Ющенко», который Украина выдвинула в 2005 году после провала «Плана Козака» (алгоритм последнего разрабатывался в России, причем считается, что именно этот план в свое время максимально приблизил урегулирование конфликта, хотя и не в пользу Молдовы).

Листая страницы истории переговоров по приднестровскому урегулированию, не трудно заметить, что позиция официального Киева никогда не отличалась последовательностью и принципиальностью. В целом же, это не способствовало разрешению конфликта на выгодных для Молдовы условиях и усилению роли Украины в переговорном процессе.  

Новые приоритеты и прежние проблемы

Шансы на достижение двусторонней договоренности с избранием И.Додона останутся на прежнем уровне – то есть достаточно низкими. Уладить Приднестровский вопрос не удалось экс-президенту Владимиру Воронину в 2003 году, когда был выдвинут «План Козака», хотя тогдашние обстоятельства (дружественная Россия, послушное большинство в Парламенте и одобрительное общественное мнение) складывались благоприятнее, чем сейчас.

Так что же будет включать повестка дня переговоров по Приднестровью в следующем году?

 ЕС и США, как наблюдатели в формате 5+2, скорее всего, предпочтут не углубляться в урегулирование конфликта. Целью Австрии, которая примет председательство в ОБСЕ в следующем году, будет сохранение положительной динамики переговоров.  А на данный момент она остается довольно хрупкой, хотя бы потому, что ни по одному из трех основных пунктов, на которых настаивает Тирасполь, так и не было достигнуто соглашения в 2016 году. Речь идет о таких требованиях как: апостилирование выданных в Приднестровье дипломов, использование транспортных средств с приднестровскими номерными знаками в международном дорожном движении, решение проблемы уголовного преследования “государственных” лиц Приднестровья в Молдове. Так что Тирасполь наверняка опять ограничит свое участие в переговорах, что может быть частью новой дипломатической игры Москвы, расклад которой еще не ясен.

От Украины же в Молдове ждут поддержки. На практике она может воплотиться в совместном пограничном контроле, причем, по некоторым данным такие соглашения уже готовятся. Также важно отработать механизм создания зеленого коридора для вывода российских войск из Приднестровья. Другим немаловажным компонентом остается содействие молдавским инициативам в переговорном процессе, в частности по вопросу замены нынешнего миротворческого военного формата гражданским.

Диалог Молдовы и НАТО в новых реалиях

29 ноября в Брюсселе состоялось подписание соглашения об открытии в Кишиневе Бюро Связи НАТО, которое качественно улучшит партнерство с Североатлантическим Альянсом. В ответ левые партии, вероятней всего, поднимут шумиху в парламенте и СМИ. Но ничего кардинально изменить они пока не в состоянии.

В более широкой перспективе, партнерство с НАТО наверняка усложнится. С одной стороны, стоит ожидать углубления сотрудничества в рамках имплементации Инициативы НАТО Defence Capacity Building Initiative (DCBI), которая была подписана Молдовой в 2014 году на Уэльском Саммите НАТО. С другой стороны, тема партнерства с Альянсом сместится ближе к периферии политического дискурса (по крайней мере, в первые два года президентства Додона), чтобы не будоражить общественное мнение, которое на данный момент в своем большинстве негативно воспринимает НАТО. Таким образом, для отношений Молдова-НАТО знаковым станет 2018 год, когда на выборах решится судьба парламентского большинства, а вместе с ним и внешнеполитического курса страны. 

Дану Марин, эксперт в сфере безопасности,

Центр Информации и Документации НАТО в Республике Молдова