Комментарии
11 апреля 2016 9:17

Рауф РАДЖАБОВ: «МОСКВА ТЕРЯЕТ РЫЧАГИ ВЛИЯНИЯ НА ЮЖНОМ КАВКАЗЕ»

О причинах возобновления боевых действий

Главную причину возобновления активных боевых действий я вижу в присутствии  Вооруженных сил (ВС) Армении на территории Азербайджана. Факт остается фактом – война идет на территории Азербайджана, и ВС сопредельной страны находятся на азербайджанской территории. Недавно армянские СМИ  опубликовали официальные данные, согласно которым население Карабаха составляет около 147 тыс. человек. Логично предположить, что мобилизационный ресурс сил т.н. «НКР» не превышает  20-25 тысяч. Но такое количество не может противостоять ВС Азербайджана.  Поэтому в зоне конфликта, кроме военных формирований т.н. «НКР», которые составляют от 10 до 15 тыс. человек, действуют и 30-40 тыс. военнослужащих Армении. Кстати, в 2014-2015 годах мы были свидетелями похожей ситуации на Донбассе, когда ВС РФ непосредственно остановили продвижение украинской армии и отбросили ее до нынешних позиций.

Но вернемся к теме Нагорного Карабаха. Требование официального Баку было  изначально одно – чтобы Ереван вывел свои подразделения из т.н. «НКР». Речь вовсе не идет о карабахских военных формированиях. Они могут оставаться и выполнять полицейскую, гуманитарно-миротворческую функции. Но если Азербайджан требует вывода иностранных войск со своей территории, то Армения ставит предусловием предоставление статуса Карабаху. Вначале статус – потом все остальное. Подобные предусловия не могут никогда  быть реализованы другой стороной, если на ее территории продолжается конфликт.  Сепаратисты в Донецке и Луганске требуют от Киева особого статуса, что означало бы фактическую федерализацию страны. То же самое мы видим и в случае с Нагорным Карабахом. Накал страстей последних дней говорит о том, что карабахские сепаратисты, вероятно, хотят стать участниками переговорного процесса. Понятно, что Азербайджан на это не согласится.

Есть и второе предположение о причине возобновления боевых действий. Причиной может быть столкновение между карабахскими кланами. Существует клан действующего президента Сержа Саргсяна и клан второго президента Армении Роберта Кочаряна, который желает включиться в политическую борьбу. У бывшего президента есть  сторонники и в Карабахе, и в Ереване. К тому же происходит брожение в пропрезидентской Республиканской партии Армении между ереванскими и карабахскими армянами.

Третья гипотеза о причине эскалации конфликта  объясняет причину нового витка насилия стремлением армянской стороны вынудить ОДКБ и РФ определиться со своей позицией в случае полномасштабной войны между Арменией и Азербайджаном. Кого будет поддерживать Россия, которая имеет договор о дислокации её  военной базы в Гюмри до 2044 года? Кого поддержит ОДКБ, учитывая, что Армения является членом этой организации?

Кремль становится заложником кавказской политики

Очевидно, что за период, в течение которого Москва была задействована на Ближнем Востоке и в Украине, на кавказском направлении Россия стремилась сохранить действующий status quo. Поэтому Россия не заинтересована в открытой фазе Карабахского конфликта.

Сегодня вполне очевидно, что РФ заняла нейтральную позицию. Москва не может двигаться дальше с двойным «багажом» - участием в конфликтах в Сирии и на Донбассе. Ей нужно от чего-то освобождаться, сбалансировать ситуацию. А дисбаланс в российской внешней политике очевиден. Как следствие, Москва теряет рычаги влияния на Южном Кавказе. Последние дни демонстрируют большую вовлеченность в дела региона, Турции, нежели России. Анкара и в дальнейшем будет усиливать свои стратегические позиции на Южном Кавказе. А у Азербайджана  есть стратегическое соглашение с Турцией, в соответствии с которым Анкара не только на словах, но и на деле помогает своему партнеру. Я думаю, что именно для минимизации подобных рисков Москва послала Лаврова, Патрушева и Шойгу на переговоры в Азербайджан.

Это, в свою очередь, играет на руку прозападным силам в Армении, которые давно говорят о том, что Москва - ненадежный союзник в случае реальной угрозы. Стоит напомнить, что еще в сентябре 2014 Армения определила свой курс на вступление в Таможенный союз. Но сегодня в Ереване уже открыто звучат голоса: «А что получила Армения взамен?». Да, есть скидка на газ, но вложения в экономику страны не пришли, новые рабочие места никто не собирается создавать. Вместе с тем переводы армянских гастарбайтеров из России уменьшились наполовину. Поэтому сегодня мы и наблюдаем крен Армении на Запад. Недавно Ереван и Евросоюз возобновили переговоры по проекту об ассоциации. Таким образом, Россия оказывается заложником кавказской политики.

Проблема Нагорного Карабаха как препятствие для регионального сотрудничества

Сегодня на Южном Кавказе есть понимание того, что нужно создавать региональное сообщество. Позитивные взаимоотношения сложились у Турции с Ираном, у Азербайджана с Ираном и Россией. Хотя у Анкары с Москвой отношения накалены, но арест боевика, который убил российского пилота – это уже первый шаг к созданию нормального фона для будущего улучшения взаимоотношений. И все же, ключевыми тенденциями ближайших лет может стать снижение роли России и, наоборот, усиление позиций Турции и Ирана.  Естественно, что увеличение присутствия Турции и Ирана будет происходить за счет России, а не Запада. Последний имел и будет иметь свои интересы на Южном Кавказе. Это десятки миллиардов долларов, вложенных в экономику Азербайджана и, хотя и в меньших объемах, в экономику Грузии.

Тегеран также намерен  защищать свои интересы и долю геополитического влияния на Закавказье. Иран заинтересован в совместном участии в энергопроектах с Азербайджаном, Туркменистаном и Турцией. Да, есть разногласия между Ираном и Турцией по Сирии и другим направлениям, но по курдской проблеме их мнения совпадают. А это очень важный нюанс. Также они едины в вопросе диверсификации поставок и транзита энергоносителей и вопросах территориальной целостности в Ближневосточном регионе.

В целом, стратегическое сотрудничество между Азербайджаном, Ираном, Туркменистаном и Казахстаном вынуждает Россию действовать в этом фарватере. Поэтому целью встречи 7 апреля в Баку министров иностранных дел Азербайджана, России и Иран стало обсуждение ряда важных вопросов, в т.ч. региональных конфликтов. Это  говорит о том, что три страны совмещают свои внешнеполитические  повестки дня.

И тут возникает интересный прецедент – Армения остается за пределами интеграционных проектов в регионе. Турция и Иран имеют свой формат с Азербайджаном - как 2-х сторонний, так и 3-х сторонний. У Тбилиси тоже 3-х сторонний формат – Грузия, Азербайджан, Турция. У России тоже есть свои 2-х и 3-х сторонние форматы. А вот Армения оказалась в изоляции. Не существует формата Россия-Армения-Иран или Азербайджан-Армения-Грузия и т.д.

Вышеуказанная конфигурация в долгосрочной перспективе создает угрозу странам  региона и является фактором дестабилизации Южного Кавказа. Но чтобы решить большинство своих внешнеполитических проблем, Армении нужно сделать один шаг – освободить 5 районов вокруг Карабаха. Это стало бы великолепным фоном для возобновления переговоров как по линии Баку – Ереван, так и Анкара – Ереван.

Миротворческая миссия ОБСЕ

Введение миротворческих сил (МС) сверхдержав или стран-сопредседателей Минской группы (МГ) ОБСЕ (США, России, Франции) было бы сопряжено с возникновением ряда новых проблем. Поэтому Баку вполне логично заинтересован во введении в Карабах полицейских сил ОБСЕ. Речь идет не о 7-ми оккупированных ВС Армении и опустевших районах вокруг Карабаха, а о самом Карабахе.

ВС Азербайджана, естественно, должны будут вернуться в свои гарнизоны, а пограничные войска взять границу с Арменией под свой контроль. Это прямая аналогия с так называемыми Минскими соглашениями по Донбассу. После ввода полицейских сил на Донбасс и в Карабах следующим логичным шагом был бы вывод оккупационных сил «вторых» стран. Таким образом, вооруженная составляющая конфликта может быть  исчерпана. Кстати, Украина и Азербайджан могли бы объединить усилия и реализовать эту идею под эгидой нового ГУАМа.

Еще одна параллель с войной на востоке Украины – это идея о проведении референдума. О нем можно говорить лишь при одном условии – возврат азербайджанской общины (на момент изгнания она составляла 50 тыс.). Точно так же не могут быть проведены выборы на оккупированных территориях Донбасса без той части украинского населения, которое было вынуждено покинуть Луганскую и Донецкую области. Как можно проводить выборы без граждан, которые жили там? Это не только не справедливо, - это нарушение их прав.

На мой взгляд, универсальным путем является обеспечение прав человека. Политики должны думать в первую очередь о людях, а не об обеспечении чьих-то геополитических интересов. Так что общим выходом может стать введение миротворческих или полицейских сил ОБСЕ – это  инструмент, который должен быть применен и в Карабахском, и в украинском конфликтах.

Изменение состава  минской группы ОБСЕ

В последние годы очень серьезно звучат голоса, что нужно изменить формат минской группы ОБСЕ. Сопредседатели, Россия и США в среднесрочной перспективе заняли антагонистические позиции. Противоречия, которые проявлены на 4-м Саммите по ядерной безопасности, уже обозначены. Красной нитью проходит водораздел и он огромен. Так каким образом Вашингтон и Москва могут решать Карабахскую проблематику сообща? Поэтому многие азербайджанские эксперты высказывали мнения,  что нужно включить в число сопредседателей Германию и Турцию. В текущем году Германия является председателем ОБСЕ, но, к большому сожалению, серьезных шагов ни по Карабаху, ни по украинской ситуации пока сделано не было. Это вызывает много вопросов, почему официальный Берлин не предпринимает каких-то реальных шагов, хотя потенциал у Берлина огромен. У Германии есть фонды, которые работают и на Южном Кавказе и в Украине  - Эберта, Аденауэра, Белля, Боша, Науманна. Они наработали огромную базу данных об урегулировании конфликтов на уровне экспертного сообщества Азербайджана, Армении, Украины. Ничего пока не востребовано. Почему? К сожалению, этот  вопрос остается без ответа.

Кто «монополизировал» переговорный процесс?

Когда европейские институты - ПАСЕ, Совет Европы, Евросоюз пытаются хотя бы обсудить какие-то вопросы по Карабаху, сопредседатели минской группы ОБСЕ в унисон  делают заявления: «Вы не имеете права! Это приведет к негативным последствиям и результатам». Даже в ООН три сопредседателя МГ ОБСЕ голосуют в унисон против всех инициатив, которые могли бы быть вынесены на те или иные пленарные  заседания Генассамблеи ООН. Возникает вопрос: если сопредседатели МГ ОБСЕ, заявляют о готовности «принять во внимание и поддержать все решения Армении и Азербайджана», то почему все инициативы торпедируются? Это говорит о «монополизации» переговорного процесса. Такой междусобойчик ни к чему хорошему не приведет. Но сегодня есть и другая причина – это деградация переговорного процесса. Тут опять напрашивается аналогия с Украиной, ведь Минск-2 не решил проблем, которые возникли после февраля 2014 года.

 И все же нужно помнить, что остаются шесть базовых принципов («Мадридские принципы»), которые должны быть унифицированы Азербайджаном и Арменией. Есть также 4 резолюции СБ ООН по Карабахскому конфликту, которые не выполнены по сей день. Кстати, когда говорят, что они направлены против одной из сторон, то стоит помнить, что резолюции СБ ООН обращены и к Азербайджану, и к Армении.

Таким образом, МГ ОБСЕ в лице США, России и Франции обязана добиться от обеих сторон выполнения этих резолюций. Но этот процесс, в первую очередь, должен быть направлен на сближение двух непосредственных сторон конфликта – Армении и Азербайджана. Почему это не делается и кому это выгодно - вот вопрос…

Рауф Раджабов,

 

политический аналитик, руководитель исследовательского центра 3rd View,

Баку, Азербайджан